Я - злая, недобрая, противная. Я - примитивная.

Моя агрессия - крайнее проявление слабости и ощущения незащищенности.
Обыкновенно, будучи помещенной под плед в обнимку с плюшевым зверем, мисочкой с едой и стодолларовой купюрой, я немедленно становлюсь похожей на сову-сплюшку, мягкую и милую. Правда, что мужикам делать с жадным и сытым пернатым уродом по-прежнему не понятно.

Мне так удобно. Это мой осознанный выбор.

В связи с тем что я разошлась не по-детски и проявляю не лучшие свои качества, я должна оградить Клементину Лёвингер от возможных недоразумений.
Говорят, что Клементина Лёвингер умерла. Своей ли смертью или нет, никто среди моего окружения этого не знает. Конечно, если задаться целью и перекопать архивы, можно раздобыть информацию, но стоит ли? Она была красивой и весьма достойной. Пусть мои глаза не такие ясные, и я не обладаю такими роскошными кудрями как она, ну так что ж, одолжу ее имя на какой-то отрезок виртуальной жизни, отдав в уплату свечу в церкви и розу в реке.

Все девушки на свете делятся на Клементин и Коричневых женщин. Вторые, в свою очередь, не любят и иногда обижают зайцев. Поэтому зайцы никогда не изменяют своим Клементинам и радуют их великими подвигами ((с) "Бюро находок и зайцы").

В Рождество я проснулась в слезах, я поняла, что закончилось что-то важное. Пропало чудо. Несколько месяцев я жила как смертные. Без надежды. Без света. Безрадостно. Шелестело по ночам и топало в углу за старым зеркалом, я не могла спать и просыпалась ото всякого шороха. Муж уносил меня спать в другие места, у подножия ночевал паж и приносил змей, потому что я думала, что это мыши. Не помогало.
И вот, что бы вы себе думали. Все стало случаться после католической пасхи. Вернулись сны. Мне снились места. Я знаю, что в квартире на площади в моем родном городе лежит в старом книжном шкафу книга, которую купил старый грек, она там лежит с лагерных времен. Там есть карта греческого острова в Эгейском море. И я поеду домой, и вдова грека покажет мне карту и я уеду туда, где найду свою смерть. Боги не показывают никакого другого пути нам, кроме как пути в Тартар.
В эту пасху я ходила с мельниковой дочкой готовить саваны. Мы их стирали и перекладывали травами. Никто ведь в ритуалах своих имен не называет. Она сказала, что ее зовут Луиза. Я ее и запомню как Луизу. Мы сговорились на апрельский шабаш опять идти вместе. Потому что это очень страшно смертным идти по сельской дороге на Брокен. В общем, доложу я вам, эти обязанности - те еще обязанности. Но пока у нас перерыв. Муж сам вылил в четверг воду за порог и увел меня и Луизу из избы, где готовили саваны. Это было как в кино, мне кажется, он избавил нас от какой-то большой опасности.
То есть мне так показалось. Я вообще очень часто теперь думаю обо всем в ключе: "Это вовсе не то, что Вы подумали".
Все думают, что мой муж - стареющий метросексуал, который для отвода глаз покупает бабские тряпки для несуществующей жены и мотается по полевым госпиталям. Ну да, он экзотический такой красаветц, спит с Джоном, но ведь это не потому что Джону больше не с кем трахнуться. Вы вообще понимаете кто там кого трахает и каким таким ранжиром это все регламентируется? Я даже не пытаюсь понять.
Все думают, что ремонта в парижской квартире не делается потому, что я - истеричка, не решающаяся подобрать цвет обоев. Нет, вовсе нет, там нет ремонта, потому что когда убрали старые обои, там - кровь умерших. И если там спать, то они приходят к тебе во сне и говорят-говорят-говорят. Соседи думают, что мой муж - полковник, его родня думает, что он первородный наследник приличного аристократического рода, вассалы в Норфолке полагают его недостойным сюзереном, ибо сюзерен не охотится голышом в джунглях с ягуаром, я думаю, что он демон, всякие диаволы думают, что когда будет последняя битва муж будет скакать с мечом и устраивать реки кровяки, Джон думает, что он бессердечный старый педик, а мне что прикажете думать? Все они правы и все они заблуждаются. Это вовсе не то, что Вы подумали...

Я обсмотрелась ТВ, там сполошные сериалы про драконов. И, естественно, я незамедлительно стала хныкать, что только дракончика мне и не хватает. Делать нечего: оборотился муж черным демоном и полетел добывать мне дракончика. Притащил белое мелкое в 30 см. чудо. Ну поигралась я с ним, полапала, половила ему крысок, покормила, он переночевал в камине и утром его муж унес обратно к егонной маме. И все было бы хорошо, если бы в процессе возврата драконятинки муж не столкнулся с папой очаровашки. Ночью они охотились вместе. Я проснулось от ужасных криков. Все объяснялось очень просто: муж и папа-дракон взяли себе в селе поиграться двух девушек. Идиотки не понимают же, что ими поиграют безо всяких сексуальных пенетраций и садомазохистского отрывания лапок, ну как дети играются в Барби - наряжают там, косички заплетают, и наутро вернут в село, шедро отвалив драконьего золота и тряпок с мехами. Селянки верещат, а мне что прикажете делать? Я спать хочу, мне вообще на работу утром! В общем после скандала, грустные мужские особи вынуждены были вернуть истеричек по месту проживания, а на меня обиделись. Мне теперь, наверное, долго игрушек не принесут.

Мой муж, извините, военный хирург. Так вот однажды подстрелили одного солдата, притащили в морг, а у него в кармашке записочка: "После смерти отправьте моё сердце той, кого я любил больше всех на свете". Ну вырезали сердце, запаяли в консерванты, отнесли даме. А та дама того солдата только раз и видела. Она замужем, у нее все хорошо. И чего ей делать с сердцем? Особенно был "рад" ее муж в разных словах и выражениях прославлявший платочнические чувства, красоту и благочестие своей супруги. В общем сходила дама к местной колдунье, и тут выясняется, что гемороя с этим сердцем - выше крыше. По обычаям предков надо сердце везти на остров Авалон, который, на минуточку, не существует. В общем, после того, как пакетик из холодильника пару раз пыталась извести в рагу домработница и им активно интересовались кот и пёс, сердце закопали в саду у дома дамы. Конечно же, на том месте выросли розы (потому что садовник незаметно там потом поколдовал), и все умиляются: "Ах, какая любовь. Ну прям Оскар Уальд!" Его звали Дик. Дети той дамы потом написали на камушке маркером имя и положили булыжничек под розовый куст.

Сидишь себе в московской конуре в субботу утром и вяжешь. Тут образуется муж и ненавязчиво спрашивает, понимаю ли я сколько у нас недвижимости, и что с ней что-то надо делать. А я не понимаю, четыреста лет не надо было ничего делать, а вот 28 января 2012 года давайте немедленно принимать решения! Спустя три ряда я спросила что стало с квартирой в Оксфорде. Муж ее оставил кому-то. Ладно. Дом его родителей оккупирован детьми. Лондонская квартира в Вест-Энде была подарена каким-то пролетариям. В большой квартире живет он сам со слугами. Моя парижская квартира ему не нужна. Квартира на Вандомской площади пустует (я не могу решиться купить мебель). А мне еще присралась квартира на бульваре Сен-Жермен. Ну, все же понимают, что я в Париже жить не буду, но вот квартирку пусть купит по понравившемуся мне по Интернету адресу!!! Дом на океане так и быть пусть останется. Дом в Корнуоле я не люблю, он от него не избавиться.
В итоге было принято решение, что муж обосновывается в своей лондонской квартире, где и я могу жить, мне увеличивают гардеробную комнату, а я за это не шарюсь в его холодильнике в кабинете. Ну и еще мы живем в Париже на бульваре.
Так как весь зоопарк, который живет в доме его родителей в лесу в европейские столицы не притащишь, то уже вчера муж распорядился всех отправить до лета в места более приспособленные. Кобру заслали в Индию, удава и ягуара - в Бразилию, себе муж оставил волка, хотя я бы сослала волчару в Корнуолл, а мне оставили кота. Лошадки остались в поместье. Все потихоньку идет к тому, что мне придется жить с мужем скучной жизнью. Да-да, мне обещаны все блага мира - лучшие портные, обеды с теми, кто мне дорог, погоды и природы. Но на самом деле, я стану затурканной мегаполисами мамашкой и супругой с кучей обязанностей, даже если я буду выходить за хлебом в платьях 17 века в сопровождении рабынь и расплачиваться гинеями. Как можно жить в Лондоне с рабами?! Они же неуправляемыми делаются. И на балконе не будешь держать блюдечко для змей, потому что соседи тут же стуканут кому положено и пойдут твои любимицы в зоопарк, а ты на общественные работы. В общем, что хорошо для полкового хрурга, то абсолютно неприемлемо для меня. Наверное, я останусь в Москве.

Я болею. Простуда. Что может быть банальнее в северной стране, особенно, если у тебя вдобавок аллергия на кошек, а эти подлючки лезут обниматься, вся одежда полна их шерстью.
Но как говорится, что смертному страдание, то мне - страдание вечное. По ночам у меня начинается жар. А жар - это же прямое показание, чтобы рабы унесли меня на холодные камни лежков перед храмом Асклепия. Рабы оставляют меня там на всю ночь. Надобно заметить, что это помогает. Старждущих много, ночь полна стенаниями, но русские не сдаются, они тупо спят, и под утро рабы уносят свою госпожу исцелившейся еще до прихода жрецов.
Все же советскому пионеру очень трудно жить в поэтике античного мира. Нельзя понять, что твое самочувствие наутро будет одинаково хорошим и от ударных доз парацетамола, и от сна в храме.
Я пока никак не привыкну к мысли, что однажды мне придется купить у Харона билет в один конец. Греческий аид ведь ужасен, это хуже многократно христианского ада. Но муж утешает тем, что у нас там будет собачка, которую можно будет чесать за ушком. Ага, Церберочек - шесть ушек...

Славный журнал GQ порушил три интернет-форума. Народ, который интересовался тряпками и тапками, в основной своей массе за год до кончины третьего форума перекочевал на www.styleforum.ru, и прожил там два года. Теперь костяк живет тут: http://www.gentsclub.ru/, а кто-то остался на SF, а кто-то вообще закрыл интернет-проекты и не светится.

Но вот выяснилось, что есть люди, кто не знает, где искать форумчан. Хотя, это странно, в основном все живут форумами как ток-шоу в режиме реального скандала. Тогда велком влиться в тусовку. Покроем и глассажем по бездорожью и апокалипсису!
PS Только ведите себя прилично, если зайдете. Ибо "Джентс" - это такой замечательный камерный уголок с традиционными поздне-буржуазными ценностями: семья в бэкграунде, выпивка, хороший крой, аромат духов и непременные случайные уроды, которые мешают всем этим наслаждаться для контрасту.

Рэм - это страх и ужас форумов по стилю. Раньше реальный, теперь со сметью форума GQ - призрак. Но я его очень люблю. В обычной моей жизни он мне как-то без надобности, и даже тяготил бы меня ужасно. Для таких людей у меня есть временной период большой - три года довольно, чтобы не потерять интерес, но не умереть от истерик.
Считается, что я безответно люблю Рэма, поэтому всегда его защищаю. Не совсем верное утверждение. Накануне очередного визита в город на Неве муж промыл мне мозг и кое-что напомнил. Люблю я до суицида и истерических припадков другого товарисча. Который бросил меня такую зайку беленькую, да и живет себе припеваючи в Питере, слышать-видеть меня он не хочет, а к государевым людям просто так не пробьешься. А Рэм - это всё то же самое (недоступное и незыблемое море эрудиции, обаяния и внимания), только в несмертельном, но все же наркотическом объеме. В общем, Рэм - это мое реальное счастье и утешение. В чем секрет его магического обаяния? Он просто настоящий мужчина. Он уделяет тебе время, и это время только твое. Телефон выключен, женские имена кроме твоего не произносятся. Мягким пинком ноги распахиваются двери ресторанов, бутиков и прочего. Не потому что он понты колотит, а потому что он уверен в себе. Там внутри все ОК: здоровый мозг. Это как спартанец, которого пленили, и он попал на невольничий рынок, и его афинянин спрашивает: "Будешь ли ты достойным, если я куплю тебя?". А тот отвечает: "Буду, даже если не купишь". Мне он нравится. Он удивительный заботливый компаньон, но его забота не переходит в гиперопеку. Он искренне хочет тебя накормить самым вкусным в городе и показать тебе самое лучшее, потому что тебе это будет хорошо, а не потому что "вот я крутыш, смотри, детка, я могу себе это позволить". И его чуткость и сам факт что при всей его суматошной занятости он всегда находит время для встреч со мной, значит очень много. И он не попрекает тем, что я прерываю его жизнь, он не рад, но ровно-позитивен и доброжелателен. Я думаю, это называется "хорошее воспитание" и "добродетель". В общем, какое счастье, что в жини случаются Рэмы. И какое несчастье, что другие мужчины наступают на грабли своих ложных выводов и поспешно избегают его общества. Хотя, таков порядок вещей. Добрая птичница любит каждого цыпленка, и каждый мил и славен для нее, что вовсе не означает, что в одной корзинке птички не повыклюют друг дружке глазки, к немалому изумлению наивной птичницы.
мне нравится думать про Рэма на латинском языке. Он какой-то такой очень латинский товарисч.